Не бойся жнеца

Не бойся жнеца

Не бойся жнеца

Опасения по поводу жизнеспособности жесткого ограничения предложения Биткойна в долгосрочной перспективе преувеличены, но не по тем причинам, о которых вы, вероятно, подумали.

В криптоиндустрии (в целом, помимо Биткойна) существует популярное мнение, что более или менее образованные биткойнеры то ли слишком наивны, то ли просто не дают себе труда задуматься об эмиссии Биткойна в долгосрочной перспективе. В двух словах, биткойн-скептики считают маловероятным, чтобы Биткойн мог генерировать комиссии, достаточные для того, чтобы ими одними компенсировать расходы майнеров, и что в конечном счете заложенное в протоколе ограничение эмиссии придется отменить. И исходя из этого аргумента они считают неправильным характеризовать предложение Биткойна как подлинно фиксированное. Само собой, этот аргумент, как правило, предназначается для оправдания монетарной дискреции (возможности манипулировать объемом предложения) в других криптовалютах. И неизменно эти критики утверждают, что «правильная» скорость выпуска новых монет в долгосрочной перспективе должна быть ненулевой.

Я считаю этот аргумент явно ошибочным. В этом посте я объясню, почему я так думаю, даже при том, что основная предпосылка – о недостаточности для обеспечения безопасности сети одних только комиссий – представляется разумным опасением. Наконец, я расскажу, почему считаю, что биткойнерам не о чем беспокоиться в этом отношении, независимо от того, будет ли в итоге объем комиссий достаточным или нет.

Небольшое примечание относительно объема эмиссии

Прежде всего укажу на очевидное: жесткое ограничение объема эмиссии не является необходимым ценности чего-либо. Товар с постоянно увеличивающимся предложением вполне может быть ценным до тех пор, пока в мире сохраняется некоторый спрос на этот актив. Все товары, помимо биткойна, обладают этим свойством и они определенно имеют ненулевую стоимость. Во-вторых, чтобы товар обладал ненулевой стоимостью общее предложение этого товара, будь то физического или цифрового, вовсе не обязательно должно быть известно вплоть до мельчайшего приращения. Золото рассматривается людьми как надежное средство сбережения, однако объем его предложения известен лишь приблизительно. Конечно, уровень аудитоспособности Биткойна принципиально выше, поскольку что он не привязан к физическим реалиям, при этом баг в программном коде может произвольно увеличить предложение – так что нам нужно внимательно за этим следить. Эта статья не о достоинствах жесткого ограничения эмиссии или его роли в поддержании ценности единицы товара или актива. Нет, хочу поговорить с вами о взаимосвязи между жестким ограничением объема эмиссии и самой природой Биткойна.

Здесь я отложу в сторону любые прогнозы относительно бюджета безопасности Биткойна в долгосрочной перспективе. Я считаю вполне вероятным, что Биткойн сможет долгосрочно обеспечивать безопасность сети исключительно за счет комиссий, но сегодня я не буду об этом дискутировать. Более того, какие-то общие высказывания об определенных пороговых значениях, соответствующих текущим расходам на безопасность, в которые должны вписываться гипотетические будущие комиссии Биткойна, не имеют никакого смысла. В сегодняшних расходах на безопасность нет ничего особенно знакового – они являются лишь производным от цены за единицу и темпа выпуска. Исторически Биткойн оставался защищенным при довольно широком диапазоне расходов на безопасность, от 0 до 54 млн $/сутки.

Дилемма инфляциониста

Давайте вернемся к ключевому пункту. Критики часто указывают на то, что Биткойну придется увеличить объем эмиссии, а значит, его нынешняя дезинфляционная природа иллюзорна. Чтобы конкретизировать рассматриваемый аргумент, давайте приведем его к силлогизму:

  1. (Предпосылка) Существует вероятность того, что одна из особенностей биткойна (заранее определенный график эмиссии) со временем может может превратиться в уязвимость.
  2. (Предпосылка) Для того чтобы устранить эту уязвимость, потребуется конкретное изменение (увеличение эмиссии сверх предустановленного уровня).
  3. (Предпосылка) Если одна из функций вашей системы в будущем гарантированно изменится, вы не можете достоверно назвать эту функцию прочной составляющей системы.
  4. (Заключение) Биткойн сегодня включает в себя будущее обязательное изменение, и потому нельзя сказать, что он обладает свойством ограниченного объема предложения.

Я признаю возможную справедливость предпосылки (1), хоть и считаю эти отдаленные последствия не только непредсказуемыми, но и вовсе не настолько очевидными, как их рисуют критики Биткойна. Предпосылка (3) тривиально верна. А вот пункты (2) и (4) я отвергаю полностью. Нет никаких гарантий, что даже в случае объемных реорганизаций блокчейна вследствие дефицита безопасности биткойнеры предложат вернуть инфляцию предложения. Существует множество альтернативных неинфляционных защитных мер, от институционализации майнинга до скоординированных контратак и софт-форков для аннулирования масштабных реорганизаций. И я также отвергаю (4) пункт, заключение, потому что, как я буду говорить дальше в этой статье, система, вводящая дополнительную инфляцию предложения, является принципиально новой системой и не может рассматриваться как «Биткойн», который описал Сатоши и каким мы его знаем сегодня.

Биткойн в нынешнем виде не содержит никаких допущений его создателя или комьюнити относительно условий, при которых его предложение должно будет отклониться от предопределенной траектории. Хотя альтернативная версия Биткойна с любыми изменениями, включая отклонение от существующего графика эмиссии, может быть создана, у этой версии будет не больше прав на то, чтобы называться Биткойном, чем у любых других форков, изменявших важные свойства оригинальной системы, таких как Bitcoin Cash.

Таким образом, утверждать, что Биткойн содержит допущение пользователей о возможности либо необходимости будущего изменения объема эмиссии, неверно. Хотя Биткойн, созданный Сатоши, еще может потерпеть неудачу по целому ряду причин, он не может отклониться от заданного графика эмиссии, потому что такое отклонение будет означать создание совершенно иного, отдельного актива. И наконец, если переход от Биткойна Сатоши (то есть того, что мы сегодня называем «Биткойном») к новому активу окажется необходим, само по себе это никоим образом не означает, что это событие будет травматическим.

Система, которую мы сегодня называем «Биткойном», не может претерпеть изменений в графике эмиссии, потому что он является неотъемлемой частью протокола, актива и системы. Это одно из очень немногих свойств, которые Сатоши четко оговорил и прописал в коде протокола без какой-либо двусмысленности или неопределенности. И в глазах более широкого сообщества ограничение общего объема эмиссии в 21 млн монет тоже воспринимается как неотъемлемое свойство Биткойна. Попросите биткойнера описать систему, и он неизбежно упомянет и о дефицитности, и о 21 миллионе единиц. Нет никаких сомнений в том, что система, названная «Биткойном», всегда содержала принципиальное условие относительно темпа эмиссии, и что сегодня в доминирующей концепции актива это условие по-прежнему есть.

Примеры

Возьмем этот пассаж из уайтпейпер Биткойна, первого описания его системы:

Как только суммарный объем денежной массы достигнет заранее установленного максимума, единственным источником поощрения работы над блоками останутся комиссии, при этом избавленные от инфляции.

Обратите внимание на слова «заранее предустановленного». Сатоши определил количество монет до того, как протокол был опубликован и активирован, и в его уайтпейпер четко оговаривается, что это количество не может быть изменено после запуска. Сатоши уже рассчитал, как майнеры будут получать доход, когда все монеты будут выпущены и эмиссия биткойна будет остановлена.

Обратимся теперь к описанию Биткойна с первой версии сайта bitcoin.org:

Общий объем предложения составит 21.000.000 монет. Он будет распределяться между нодами, когда они будут производить блоки. Каждые 4 года получаемая награда за блок будет сокращаться вдвое.

  • первые 4 года: 10.500.000 монет
  • следующие 4 года: 5.250.000 монет
  • следующие 4 года: 2.625.000 монет
  • следующие 4 года: 1.312.500 монет
  • и т. д.

Здесь Сатоши также описывает «main properties» (основные свойства) Биткойна, одно из которых звучит как No mint or other trusted parties (отсутствие «монетного двора» или иных доверенных сторон). Для того чтобы соблюсти принцип отсутствия каких-либо доверенных сторон, в том числе обладающих особыми полномочиями в отношении монетарной политики, необходимо придерживаться заранее установленного графика эмиссии. Установление темпа инфляции, который бы мог реагировать на изменяющиеся обстоятельства, означал бы, что некий доверенный субъект должен сделать соответствующий выбор. Сатоши явно не готов был с этим согласиться.

Сатоши подтверждает свою приверженность жесткому ограничению эмиссии и в последующих постах на BitcoinTalk (здесь может пригодиться VPN):

В противном случае у Биткойна и не было бы конечного ограничения в 21 миллион монет, потому что всегда должна была бы существовать какая-то минимальная награда за генерацию. Через несколько десятилетий, когда предусмотренная протоколом награда за блок станет слишком незначительной, основной компенсацией для [майнеров] станут комиссии за транзакции.

В вопросе о том, является ли объем предложения существенным свойством Биткойна, нет ни малейшей двусмысленности. График эмиссии Биткойна не может быть изменен, потому что Биткойн, во многом, и есть этот график эмиссии. В результате любого его изменения мы получаем нечто иное, что решительно не является Биткойном.

Многие биткойнеры могут не согласиться со мной в этом вопросе, полагая, что нам следует занять более умеренную позицию и сделать нашу концепцию «Биткойна» более гибкой, сохранив больше возможностей для реагирования на потенциальные непредвиденные обстоятельства, в том числе путем изменения графика эмиссии. Я так не думаю. Я считаю, что Биткойн будет намного более конкретен и нам будет легче о нем рассуждать, если мы придем к согласию относительно наиболее существенных его свойств. Именно такая бескомпромиссность до сих пор и служила защитой от захвата и извращения со стороны проектов, пытавшихся подменить собой Биткойн, однако не сумевших воспроизвести его жизненно важные качества. Наибольшую опасность для Биткойна представляет даже не прямой провал (он приобрел слишком большое значение для сообщества, чтобы просто сдаться и принять поражение), но скорее концептуальное размытие. Придерживаясь же твердого видения относительно того, что такое Биткойн, мы сохраняем конкретное понятие, к которому нужно стремиться и вокруг которого необходимо сплотить свои силы.

Биткойн сохраняет за вами право на создание его преемника

Тем не менее это не означает, что биткойнерам суждено просто впустую растрачивать обреченную цепочку, если Биткойн когда-то пострадает от некоей фатальной уязвимости. Хотя это едва ли можно назвать новостью, вероятно, стоит проговорить этот момент в текущем контексте. Если Биткойн Сатоши действительно утратит популярность, то расчетные единицы любого его достойного преемника будут автоматически распределены между владельцами биткойнов. Этот маневр мало чем отличается от приближающегося перехода Эфириума на новый протокол консенсуса. Ethereum 2.0 будет иметь мало общего с Ethereum 1.0, кроме разве что названия и того факта, что владение расчетными единицами версии 1.0 дает вам право на пропорциональную долю в новой версии сети. Хотя Bitcoin Cash и другие подобные форки потерпели неудачу, с точки зрения распределения они были на верном пути. Любой достойный преемник Биткойна должен быть построен на вершине столпа инвестиционной и термодинамической безопасности, накопленной в Биткойне и обеспечивающей ему такой резонанс и дисперсию. Справедливый запуск новой сети сегодня едва ли возможен – ставки слишком высоки, и крупные инвестиционные фонды будут захватывать все доступное предложение до «публики», что делает ситуацию практически неотличимой от премайна. Единственный способ воспроизвести по-настоящему справедливое распределение Биткойна – это наследовать ему.

Так что в конечном счете, если Биткойн Сатоши потерпит неудачу, то так тому и быть. Это будет славное поражение. Достойный преемник, безусловно, должен будет включить в новую сеть накопленную работу майнеров стоимостью 19 млрд $ и продолжить развитие исходя из справедливо распределенного набора UTXO Биткойна. Справедливый запуск является столь же важной характеристикой протокола, что и график эмиссии. Таким образом, биткойнерам нет нужды беспокоиться. Они обладают правом владения не только на сегодняшние биткойны, но также и на монеты всех его жизнеспособных последователей, если по какой-то причине не сработает Bitcoin v1.

Несколько мыслей на прощание

Я оставлю вас с этим. Не существует оптимального ненулевого темпа денежной эмиссии. Темп эмиссии, или скорость разводнения, это политический, а не технический вопрос. Всегда есть группы интересов, которые выиграют от увеличения потока новых расчетных единиц, – близкие к протоколу группы, которые потенциально могут использовать новый поток для извлечения выгоды: «инсайдеры Кантильона». И наоборот, всегда будут группы, сопротивляющиеся новой эмиссии, потому что они уже владеют долей в имеющемся предложении и не заинтересованы в разводнении стоимости своего капитала. Все дискуссии о денежных системах в конечном счете сводятся к конфликту между теми, кто выигрывает от режима свободного выпуска денежных единиц, и тех, кто от него страдает. Единственный способ прекратить эти политические распри – это изначально убрать с повестки свободу изменять по собственному усмотрению монетарную политику, как это сделал Сатоши. Любой положительный темп выпуска расчетных единиц является абсолютно произвольным, и инфляционисты всегда смогут доказать, что небольшое увеличение объема выпуска принесет большую прибыль (например, для финансирования какого-нибудь инфраструктурного проекта). Таким образом, антиинфляционисты, отстаивающие некий ненулевой режим эмиссии, всегда будут открыты для атак со стороны инфляционистов, а темп эмиссии всегда будет разменной монетой в политической игре. Короче говоря: вы не можете придерживаться стабильного ненулевого правила в отношении выпуска денег, потому что в этом отношении не существует стабильного ненулевого равновесия.

Биткойн разрывает этот замкнутый круг, полностью устраняя любую дискуссию о монетарной политике и изначально устанавливая жесткий график эмиссии (или вестинга). Правила игры были определены еще до того, как был найден первый блок. Никто не может пожаловаться на то, что с ним плохо обошлись или что темп эмиссии биткойнов застал его врасплох. Благодаря красоте алгоритма PoW, выпуск расчетных единиц является конкурентным рыночным процессом, без каких-либо особых привилегий инсайдерам протокола. Таким образом, действительная новизна и новаторство Биткойна состоит, помимо прочего, в том, что он полностью исключил из уравнения свободу манипулирования монетарной политикой.

Ни одна другая денежная система не делала этого раньше, и, насколько я могу судить, нигде этого не было сделано и с тех пор. Мне не доводилось сталкиваться с альтернативой Биткойна, про которую можно было бы достоверно утверждать, что она не допускает изменений своей монетарной политики. Эта уникальность Биткойна важна и должна быть сохранена. Установление дискреционных полномочий в денежной системе является совершенно обычным делом – ровно таким образом действует любое правительство и центральный банк. В случае с другими криптовалютами нам, в сущности, просто предлагается заменить центральные банки командами разработчиков протоколов. Но по сути это та же старая история, и мне она не особенно интересна.

Биткойн – Биткойн Сатоши, Биткойн-с-21-миллионом-расчетных-единиц – это грандиозный, смелый эксперимент по устранению монетарной дискреции, свободы манипулирования монетарной политикой. И это единственный хоть сколько-нибудь новаторский денежный проект в этой области. Все остальные системы – просто высокотехнологичное воспроизведение, того, что мы и так имеем: денежно-кредитного произвола, позволяющего элитам использовать новую денежную эмиссию в собственных интересах. И если эксперимент Биткойна потерпит неудачу, то так тому и быть. Мы соберем осколки и будем двигаться дальше, а на смену Биткойну придет достойный преемник, которого, впрочем, придется назвать как-то иначе. Но пока нам определенно стоит четко осознавать ключевые различия и сохранять верность основополагающим принципам Биткойна. Без этого у нас ничего нет.

Подписывайтесь на BitNovosti в Telegram!
Делитесь вашим мнением об этой статье в комментариях ниже.

Источник

Published at Fri, 25 Sep 2020 06:03:07 +0000